Уровень налогообложения, бизнес-миграция и взгляды на политику

Уровень налогообложения, бизнес-миграция и взгляды на политику

0
85

Уровень налогообложения, бизнес-миграция и взгляды на политикуУровень налогообложения, бизнес-миграция и взгляды на политикуВ средствах массовой информации ходит много информации о том, что суперзвезды переезжают в другие страны, чтобы воспользоваться более низкими налогами, но неясно, в какой степени такое явление распространено среди представителей бизнеса. Существует очень мало наборов данных, которые позволяют отслеживать таких людей в разных странах, поэтому экономистам нужно проявить немного изобретательности.

Проще всего отслеживать, где живут и как мигрируют, даже на протяжении десятилетий, изобретатели, потому что они должны сообщать свой адрес проживания при патентовании изобретений.

Бизнес мигранты (самая активная часть общества) также могут быть мобильными. И это не просто человеческий/финансовый капитал, который перемещается между странами в ответ на высокие налоги. Есть высокооплачиваемые работники с большим человеческим потенциалом, привязанные к конкретному месту нахождения в виду специфики деятельности, и они могут весьма чутко реагировать на уровень налогообложения при принятии решения о своей будущей локации. Как правило, они работают в транснациональных компаниях, но, с другой стороны, узкая специализация привязывает их к определённому месту. Итак, политический вывод состоит не в том, чтобы отменить или снизить налоги, а в том, чтобы обеспечить более тесную международную координацию и лучшие местные удобства, которые фактически сделают для этих людей привлекательным пребывание в определённом месте.

А как обычные люди среднего класса воспринимают налоги и занимаются ли они обсуждением экономической политики? Обычная экономическая точка зрения экономистов в правительстве многих стран такова: «Меня не волнует, что люди понимают или обсуждают, меня волнует только то, что они делают». На ум приходит аналогия Милтона Фридмана с игроками в бильярд. Игроки не знают никакой физики, но могут довольно хорошо вычислять углы и закон сохранения количества движения. Почему такой интерес у ведущих экономистов к восприятию людей?

Есть такое понятие, как «социальная экономика», потому что она именно про то, как люди думают об экономических явлениях и политике, принимая во внимание общество и социальные проблемы вокруг них. Совершенно ясно, что то, что правительственные чиновники моделируют, не всегда соответствует тому, как люди рассуждают об этих проблемах. Достаточно открыть газету или посмотреть обсуждения в социальных сетях, чтобы увидеть, что существует множество разных опасений по поводу справедливости собираемости и распределения налогов или как можно поступить по-другому. Конечно, у многих комментаторов отсутствует понимание некоторых политик и их последствий, но есть и вполне здравые мысли у некоторых индивидумов.

Социологи постоянно проводят социально-экономические исследования и эксперименты в Интернете с достаточно большими выборками и даже сразу в нескольких странах. Их стараются создавать интерактивными, интуитивно понятными, тщательно откалибровывают репрезентативную выборку, либо специально нацеливают их на определённые социальные группы. Такие опросы действительно являются ключевым инструментом не только для социологов, но и для экономического блока, потому что они позволяют увидеть то, что по сути невидимо в других данных — например, восприятие, убеждения, отношение к решениям властных структур, знания, взгляды.

Получить такие данные другими способами очень сложно. Чтобы такое проделать с российским типичным экономическим подходом к выявленным предпочтениям. У такого восприятия действительности населением есть много больших преимуществ, но он может выйти за пределы своих возможностей, когда дело доходит до взглядов людей на такие вещи, как политика и справедливость. Это сложный аспект, потому что взгляды на эти вопросы зависят от убеждений более высокого порядка, то есть они зависят от того, что, по мнению людей, будут делать другие, если случится что-то из разряда глобальных потрясений. Эти убеждения нелегко вывести из наблюдаемого поведения, поэтому социально-экономические исследования и эксперименты иногда являются более прямым способом получить правильное представление. Их надо рассматривать их как ключевое дополнение к существующему набору инструментов экономистов.

Есть три типа нематериальных активов, которые в особенности определяют реакцию людей, например, на налоговую политику. Давайте рассмотрим, что это за нематериальные активы, как они взаимодействуют и как на самом деле всё это работает.

Первый — это восприятие людьми того, как обстоят дела.

Второй — это забота людей о справедливости и равенстве. Как правило, у стран есть очень простые функции социального обеспечения, которые позволяют нам суммировать достижения и потери разных людей, но на самом деле у людей есть довольно сложные соображения справедливости, которые также во многом зависят от контекста. Например, политические решения, которые до определённого момента могли бы считаться справедливыми, но внезапно могут оказаться совершенно несправедливыми в восприятии человека, если они следуют за другими в серии непопулярных решений.

В-третьих, собственное экономическое положение людей. Данные, не связанные с опросами, могут многое рассказать о таких вещах, как доходы людей, государственные трансферты или предложение рабочей силы. Но в реальном времени получить эти данные очень сложно. Иногда опросы — лучший способ продолжить работу: спросить людей, как на них влияет данная финансовая политика, как они на неё реагируют, что, по их мнению, они могут сделать, чтобы приспособиться к ней. На самом деле это может быть ключевым инструментом для самих политиков, позволяющим изучить возможности реформ, изучить их влияние, когда они происходят, и иметь возможность устранять неполадки, получая обратную связь от людей как реформы влияют на их жизнь.

В области социальной мобильности россияне, на самом деле, слишком пессимистичны. Однако, когда людям показываете информацию о реальности социальной мобильности, их взгляды меняются. Это несколько обнадёживает. Но и тут результаты были разными для тех, кто находился по разные стороны политического спектра. Те, кто справа, были более оптимистичны в отношении мобильности, чем те, кто придерживается консервативных левых взглядов. Люди в России до сих пор уверены, что равенство возможностей — это скорее проблема, поэтому в этом смысле информация работает и усваивается, но их предполагаемое решение о смене региона своего присутствия не полагается на помощь правительства. Поскольку они склонны воспринимать государственных чиновников как часть проблемы, а не её решение. Большая часть экономически активного населения желают либерализации экономики и сокращения налогов. В этом они понимают полезность вмешательства государственных инстанций.

Есть также некоторые проблемы, которые более укоренились в политическом плане, чем другие, когда рассуждения людей стали очень согласовываться с той или иной политической принадлежностью. Вопросы налогообложения, как правило, находятся именно в этой области. Исторически сложилось так, что взгляды левых и правых на налоговую политику были довольно стабильными. Но в отношении других направлений политики, например, свободы развития торговли, политические линии немного изменились: партии, традиционно поддерживающие торговлю, теперь становятся более протекционистскими, и наоборот. На примере стремления к мобильности внутри страны у активной социальной группы, ясно видно, что люди могут быстро менять свои взгляды, когда у них есть перед глазами достоверная информация. С внешней иммиграцией это работает не совсем так: простые факты об иммиграции на самом деле не влияют так на восприятие людей. Граждане хорошо понимают, что нельзя приспосабливаться к информации, и в наши дни очень трудно понять, какой информации можно доверять.

Сегодня наблюдается поляризация по многим вопросам, даже по реальности того, что можно легко проверить в Google, например, о максимальных налоговых ставках в различных странах, доле иммигрантов в стране или уровне доходов, которые они получают. Обыватели, в большинстве своём, просто не воспринимают одинаковые значения тех ключевых параметров и фактов, которые существуют в реальности. Таким образом, у большинства нет систематической связи между точностью восприятия и реальным положением вещей.